af8cb938

Ашкинази Леонид - Проклятое Столетие



Л. Ашкинази
Проклятое столетие
Родной организации
Родной организации - болоту, в котором я провел жизнь.
Этого дня ждали. Со страхом - одни, с нетерпением - другие, с радостью -
третьи. А многие - со всем вместе. Ибо было точно известно, что день этот
наступит в этом году. Интересно, что даже те, кто ждал со страхом, не
уволились с работы. Итак, в 11.00 завыли сирены. Я даже не стал
выглядывать в окно, хотя некоторые женщины заметались. Ну да что с того -
телефоны-то были уже отключены. Потом в комнату ворвались бравые ребята,
вывели всех на улицу, обработали помещение специальным консервирующим
составом (даже окурки в банках из-под кофе), потом завели людей обратно,
посадили на их рабочие места или поставили около приборов (меня, например,
посадили над развернутой газетой "Московские новости"), аккуратно всех
(наверное, всех, хотя я был и не последний, так что ручаться не могу, но
ведь хорошо известно, что всех) упокоили выстрелами в затылок, обработали
другим, но тоже консервирующим составом, потом вышли из комнаты,
пристрелили и обработали указанным составом вахтеров и повесили снаружи на
наш дом вывеску: "Филиал Музея истории естествознания и техники".
Согласно постановлению ЦК и Совмина, начиная с 1998 года введен порядок -
каждый год 3% всех организаций подвергается музеефикации. Выбор по жребию
в конце предшествующего года, день музеефикации определяется случайным
образом. Тех, кого застали в туалете, обрабатывают наравне с прочими.
Чудо
Проходя мимо почтового ящика, я поднимаю руку на уровень отверстий в нем,
следует неяркая вспышка, и я неторопливо иду дальше. Право, было бы
странно - заглядывать с фонариком в свой собственный почтовый ящик. Потому
я сделал маленький фотоаппаратик, однокадровый со сверхкороткофокусным
объективчиком, с фотовспышечкой, и прямо через дырку в ящике фотографирую
первую страницу лежащей в нем газеты. Если бы случилось так, что кто-то
увидел меня, он мог бы посоветовать, чтобы я открыл ящик и взял из него
содержимое. Но я тщательно слежу, чтобы никто не поймал меня за этим
занятием. Кроме того, культурный человек вообще не станет лезть с
советами. Попутно: так вот и получается что в жизни мы общаемся с хамами.
Общались, хотел я сказать. С кем мы будем общаться через неделю? Мы - это
я, Маша и двое детей.
И, наконец, дело в том, что ящик пуст. В этом легко убедиться, открыв его.
Он действительно окажется пуст.
Несколько лет назад я заметил, что мне часто кажется, будто в ящике что-то
лежит. При открывании же впечатление не подтверждалось. Тщательное
разглядывание лежащего в ящике с применением фонарика и очков привело меня
к выводу, что в нем лежат газеты с датой, на семь дней позже имеющей быть
на момент разглядывания. Поскольку длительное стояние у почтового ящика
могло вызвать нездоровый, хотя и естественный интерес у соседей по
подъезду, мною был сконструирован и изготовлен микрофотоаппарат (см.
описание выше). Эффект был абсолютно стабилен. Газеты были те же, что я и
выписывал, но они всегда были с указанным опережением, и ящик, по его
открытии, всегда оказывался пуст. Точнее, опережение составляло чуть
больше семи суток, ибо утренние газеты приносят около восьми утра, а эти
появлялись около пяти вечера. С точки зрения физики это было чудо, в самом
точном смысле слова. И, конечно, было бы очень здорово во всем этом
разобраться. Но что-то останавливало меня. Опасение, что нас немедленно
выселят из центра в новые районы, откуда я буду ездить на раб



Назад